Как фигуристки ЦСКА пережили обрушение крыши родного катка и к чему это привело перед финалом Гран-при
Ночью 20 февраля на одном из ключевых ледовых центров Москвы произошло чрезвычайное происшествие: обрушилась крыша тренировочного катка ЦСКА. Это не просто очередная арена — именно здесь годами оттачивали элементы и ставили рекорды Марк Кондратюк, Александр Самарин, Александра Трусова, Аделина Сотникова и многие другие звезды российского фигурного катания.
До недавнего времени на этом льду работали и ведущие специалисты: Елена Буянова, Анна Царева, Екатерина Моисеева. Для их учениц каток был не просто местом работы — фактически домом, в котором проходила значительная часть жизни. В один момент все это рухнуло буквально и образно: пришлось резко менять тренировочные планы, приспосабливаться к новым условиям, бороться не только с соперницами, но и с обстоятельствами.
Часть спортсменок быстро перестроилась. Юниорка София Дзепке, переехав на другой каток, сумела сохранить концентрацию и выиграла финал юниорского Гран-при. Но для тех, кто выступает во взрослой категории, ситуация оказалась гораздо болезненнее. Мария Елисова и Мария Захарова, входящие в число заметных фигуристок ЦСКА, в этот раз остались без наград — и во многом именно из-за вынужденного хаоса в подготовке.
Мария Елисова признается, что перемена привычной арены стала серьезным испытанием как физически, так и психологически:
«Это усложнило мою подготовку. Было очень непривычно выходить на новый лед, когда столько лет катаешься на одном и том же катке. То льда не хватало, то наоборот — на одной дорожке собиралось слишком много людей, и приходилось буквально лавировать между другими. Но как есть — надо было принимать ситуацию и пытаться работать в тех условиях, которые есть».
Для бронзового призера чемпионата России-2026 Марии Захаровой удар оказался еще ощутимее. Она описывает происходящее на новом катке как постоянную борьбу за каждый метр льда:
«Стало намного сложнее. Нас было слишком много, и лед выделяли сразу нескольким большим группам. В итоге получалась настоящая каша: ни нормально проехать, ни подготовиться — постоянно кто-то мешает. Есть фигуристы, которые вообще никого вокруг не замечают. Плюс время занятий урезали почти вдвое. Это сильно выбивает из колеи. Но с другой стороны, приходится напоминать себе, что спортсмен должен быть готов ко всему».
Тренеры тоже не скрывают, что произошедшее стало шоком для всей школы. По их словам, судьба арены до сих пор окончательно не определена:
Елена Буянова подчеркивала, что трагедии удалось избежать буквально чудом. В момент обрушения на льду никого не было, и это спасло от возможных жертв:
«Мы в большом шоке. Руководство сообщило, что сейчас ждут результатов экспертизы. Уже после нее станет понятно, что будет с катком. Очень надеемся, что его восстановят. У этой арены большая история: здесь выросли олимпийские чемпионы, чемпионы Европы и мира. Очень хотелось бы, чтобы каток сохранили».
Пока специалисты изучают причины обрушения и оценивают состояние конструкций, спортсменки живут в режиме постоянной неопределенности. В фигурном катании привычка к конкретному льду играет огромную роль: от качества покрытия и температуры воздуха до размеров площадки и освещения — все это влияет на прыжки и скольжение. Когда за несколько недель до важных стартов резко меняется практически весь тренировочный уклад, даже самые опытные фигуристки рискуют выйти на соревнования не в оптимальной форме.
Особенно тяжело адаптация дается тем, кто владеет сложнейшими прыжками — тройными и четверными. Чтобы стабильно выполнять такие элементы, важна не только хорошая физическая готовность, но и ощущение абсолютного доверия к льду. Любая мелочь — кочка, мягкий прокат, необычное освещение — может вызвать внутреннюю скованность. Девушкам приходится одновременно бороться с тревогой за родной каток и с необходимостью быстро осваивать новую арену, оставаясь при этом конкурентоспособными.
Отдельная проблема — организация расписания. Когда несколько сильных групп оказываются на одном льду, резко падает качество работы:
— сокращается время индивидуальной отработки прыжков и вращений;
— возрастает риск столкновений;
— тренерам тяжелее контролировать процесс и давать точные задания каждому спортсмену;
— возрастают эмоциональная усталость и уровень раздражения.
Для молодых фигуристок, которые только-только закрепились на взрослом уровне, такие условия могут стать решающими. Ошибки в короткой или произвольной программе часто начинаются задолго до старта — в период, когда тренировочный ритм сбивается и спортсмен вынужден думать не о содержании проката, а о том, как вообще выкроить время на полноценную репетицию.
Тем не менее, эта история показывает еще одну важную сторону большого спорта: умение сохранять характер, когда рушится привычный мир. И Елисова, и Захарова говорят не только о сложностях, но и о необходимости оставаться гибкими. Адаптация к новым аренам, поиск внутренней опоры, перестройка планов вместе с тренерами — все это опыт, который впоследствии может помочь им справляться и с другими кризисами.
Символичен и статус самого катка ЦСКА. Для многих поколений фигуристов это была не просто тренировочная база, а точка притяжения, место, где формировалась целая школа. Здесь делали первые шаги будущие чемпионы, здесь же переживали поражения, меняли программы, учились терпению. Утрата такого объекта даже на время — удар по системе подготовки, а не только по конкретной группе спортсменок.
Пока судьба арены остается под вопросом, тренеры и фигуристки ищут временные решения: объединяют группы, делят лед, корректируют нагрузку, переносят акцент с сложных прыжков на отработку хореографии и скольжения там, где это возможно. Но все они сходятся в одном: полноценную многолетнюю базу с отлаженной инфраструктурой и атмосферой востановить намного сложнее, чем просто отремонтировать кровлю.
Остается ждать официальных выводов экспертов и надеяться, что каток ЦСКА все же получит вторую жизнь. Для нынешних и будущих чемпионок важно не только вернуться под знакомый свод, но и почувствовать, что их история, связанная с этим льдом, не обрывается. А пока им приходится демонстрировать не только спортивное мастерство, но и силу характера, продолжая борьбу за медали в условиях, далеких от идеальных.